Я буду любить за двоих... (СИ) - Страница 63

По началу я пыталась сопротивляться, но чем больше я противостояла, тем сильнее были приступы ярости. В такие моменты он бил кулаками куда попало: в живот, в ребра, по почкам и даже в голову. Так я получила сотрясение мозга. Меня постоянно тошнило и я выворачивала желудок наизнанку прямо на себя. За все три дня он ни разу не убрал рвоту после меня, не позволял посещать туалет и я ходила под себя. В комнате стоял невыносимый запах, мои волосы были липкими от рвоты, но даже это его не останавливало. Он будто сошел с ума и постоянно насиловал не замечая что от меня разит неприятным запахом как от помойки.

Я старалась не провоцировать его, чтобы не получать очередную дозу невыносимой боли. Пыталась огородиться от происходящего отключая сознание. В какой-то момент мне даже это удалось - вошла в полную апатию, мне стало абсолютно все равно, даже боль в теле притупилась. Чувство жажды и голода отошли на десятый план. Никак не реагировала на его действия и слова, полностью покорилась. Но похоже даже моя полная капитуляция - не принесла животному чувство удовлетворенности. Последние что я запомнила - приближающейся словно в замедленной съемки кулак в челюсть.

Очнулась в светлой комнате. Поначалу подумала, что Господь сжалился надо мной, и я наконец была освобождена от мучений и попала на тот свет. Приоткрыла один глаз, второй оттекший не поддавался стараниям, повернула опухшую голову в сторону и увидела спящего в неудобной позе на стуле рыжего ангела. Нет, не ангела - Леру. Значит не в раю я, а где тогда? Мгновенно ощутила запах медикаментов и поняла что нахожусь в больничной палате.

- Лера, - шепчу сипло. Не слышу свой голос, но чувствую будто кричу во все горло. Оказывается произнести слово - не так просто, тем более когда все тело ломит от невыносимой боли. Грудную клетку свело агонией, не могу снова ее позвать и от бессилия снова отключаюсь.

Когда опять прихожу в себя, Лера, по-прежнему сидит на том же стуле и читает книгу. Она в задумчивости накручивала на палец прядь рыжих непослушных волос. Ее взгляд и выражение лица задумчивы, но я уверена что она ни капельки не поглощена чтивом.

- Лера, - шепчу.

Секунда и она оказывается у моей кровати.

- Вероника, девочка моя, ну наконец-то ты очнулась, - причитает она, чуть ли не плача.

- Пить.

Она подносит стакан с соломинкой и я жадно делаю два глотка воды.

- Как долго я здесь нахожусь?

- Второй день.

- Родители знают?

Она усердно мотает головой из стороны в сторону.

- Не сообщай им ничего, - по-прежнему тяжело говорить, но я с трудом добавляю. - Мама не переживет.

Моя мама - милая, родная. Как бы мне хотелось, чтобы она сейчас оказалась рядом со мной, и в то же время я понимаю, что избитый вид своего единственного ребенка ее просто убьет.

Она берет мою руку, целует пальцы и подносит к щеке.

- Вероника, как же так? - она долго плачет, почти рыдает. Мы смотрим друга на друга, но в моих глазах нет слез. Я жива, и это самое главное.

- Как я сюда попала?

- Тебя привез мужчина. Он позвонил Артему и сообщил больницу в которой ты находишься. Мы сразу приехали сюда. Этот мужчина сказал, что полностью оплачет твое лечение и навестит когда будешь в сознании. Вероника... Господи, что произошло с тобой и кто этот мужчина? Доктора ничего нам не говорят. - Она замолчала, затем виновато добавила. - Я звонила тебе, ты не отвечала, но... мне даже в голову не пришло что с тобой произошло что-то плохое.

- Потом поговорим. Спать хочу.

Я прикрыла глаза, попыталась заснуть. Но ноющая боль не отпускала, да и информация, которую я только что услышала, не давала покоя. Что-то не сходится: Евгений не мог сам привезти меня в больницу. Не верю я в то, что на него вдруг снизошло озарение происходящего и он решил оставить меня в покое, да к тому же привезти в больницу. Евгений - птица высокого полета, он попытается любыми способами огородить себя от подобных проблем, а точнее проблем связанных с изнасилованием.

Я снова подумала о родителях. Они навестили меня две недели назад, а это значит что в следующий раз в Москву прилетят через месяца три, за это время мои побои исчезнут, за это время я постараюсь прийти в себя и сделаю все возможное, чтобы они никогда об этом не узнали.

На следующий день пришел, тот кто меня спас - друг Евгения, второй извращенец который трахал ту женщину. Он подошел к моей кровати, пододвинул стул и вальяжно рассевшись, заговорил:

- Меня зовут Михаил. Я очень близкий друг Евгения, настолько близкий, что сделаю все возможное, чтобы огородить его от каких-либо проблем или устранить их. На данный момент проблема это вы, Вероника. Таких как вы - мелких букашек, мы раздавливаем в два счета и от вас остается лишь мокрое место. Я говорю это, к тому, чтобы вы не вздумали искать в будущем справедливость, вы просто ее не найдете. Никто не поверит, что всеми уважаемый Евгений Бродски изнасиловал какую-то девицу, ведь стоит ему поманить пальцем как любая мгновенно окажется в его постели. Вы лишь привлечете к себе внимание, к которому морально не будете готовы и в итоге на вас повесят ярлык глупой девицы, захотевшей заработать большой куш, а точнее получить деньги за моральный и физический ущерб, которых не имело места быть. Поверьте, именно так все и произойдет, если вы решите написать заявление об изнасиловании в полицию. Вы проиграете. Вы понимаете? Вижу до вас понемногу начинает доходить.

Он встал.